Назад
Back

Великая дружба? Российская пропаганда и выборы в Бундестаг

Тема кремлевской «мягкой силы» регулярно обсуждается как в российских, так и в зарубежных СМИ. Но насколько можно говорить о ее эффективности? Как работают фейковые публикации в Германии? Историк Евгений Казаков, автор книги о войне и российских левых «Спецоперация и мир», провел анализ основных инструментов и результатов борьбы Кремля за немецкую аудиторию

«Понимающие Путина»

Как известно, в русском языке около 200 слов заимствованы из немецкого. Одним из последних заимствований стало «путинферштейер» (Putinversteher) — дoсловно «понимающий Путина». Впервые этот термин был использован в 2014 году редактором еженедельника Zeit Робертом Лайхтом. Это уничижительное обозначение применяется к тем, кто с 2014 года в Германии либо занимал пророссийскую позицию, либо выступал за поиск компромиссов с Россией по «украинскому вопросу», либо распространял тезисы прокремлевских СМИ. 

Это слово быстро получило распространение во многих странах и даже вошло в лексикон российской оппозиции. Но, как и любой политический ярлык, оно страдает неточностью. Например, когда в России кто-то говорит «демшиза», это как будто подразумевает, что существуют некие «не шизофренические», «правильные» демократы, — хотя не исключено, что употребляющий данный термин считает «шизой» все формы одобрения либеральной (и, возможно, любой другой) демократии. 

 Аналогично, когда в Германии кого-либо называют «понимающим Путина», подразумевается, что действия российского президента априори иррациональны, и любые попытки их осмыслить приравниваются к оправданию. Сводить вопрос о причинах войны к деформации личности «бункерного деда», как это делают некоторые российские либералы (Максим Кац, пожалуй, самый известный пример), — это упрощение, сводящее историю к действиям «великих личностей». К тому же патологизация Путина косвенно предполагает, что действия политиков противоположной стороны заведомо рациональны. То есть внешняя политика России представляет собой исключение из всеми принятых и соблюдаемых правил. Именно в эту уязвимость аргументации российская пропаганда весьма успешно бьет, систематически делая отсылки к чудесам «мирового порядка».

Германия, являясь наряду с Францией фактически главенствующей державой Европейского Союза, уже давно расколота по вопросу отношений с путинской Россией. Однако было бы неверно объяснять это исключительно происками российских спецслужб или пропагандистского аппарата. Важность экономических отношений с Россией, собственные интересы в Восточной Европе и необходимость сохранения партнерства с США в рамках НАТО зачастую вступают в объективные противоречия. Поэтому сторонники «баланса интересов» с РФ встречаются в рядах самых разных политических партий.

В 2014 году редакции немецких СМИ недоумевали, столкнувшись с потоком писем, авторы которых возмущались негативным, по их мнению, курсом прессы по отношению к России. Для многих профессиональных журналистов и политологов это стало подлинной неожиданностью. В то же время, как тогда отметил марксистский журнал GegenStandpunkt, в рамках дебатов о влиянии «путинферштейеров» любая проблематизация расширения НАТО и ЕС стала клеймиться как распространение кремлевской пропаганды. Разоблачения российской пропаганды таким образом сами вполне могут выполнять пропагандистскую функцию. Если российская пропаганда представляет Украину «фашистским государством», это не значит, что любое упоминание об украинских правых радикалах является заведомо российской пропагандой.

 Тем не менее исходящие из России попытки повлиять на политический процесс в Германии откровенно нелегальными методами неоднократно задокументированы, и это позволяет выделить основные методы и направления подобной деятельности. О них и пойдет речь ниже.

Альтернативные факты, «Альтернатива для Германии» и другие альтернативы

 После 2014 года роль таких медиа, как Russia Today, в немецких политических дебатах уже нельзя было отрицать. Именно в их репортажах многие, недовольные позицией большинства парламентских партий по вопросам Украины, Сирии и так называемого «миграционного кризиса», находили якобы скрываемую «теми, кто наверху» правду. В качестве таковой преподносились как общеизвестные факты (поддержка США исламских радикалов в период «холодной войны», с намеком, что и сегодня за «Аль-Каидой» стоит ЦРУ), так и факты, редко упоминаемые в западных СМИ, но известные всем, кто мало-мальски погружен в тему (правые радикалы на Майдане, исламисты в сирийской оппозиции, участие Алексея Навального в «русских маршах»), и откровенная ложь, как, например, история «похищенной мигрантами девочки Лизы», вызвавшая ксенофобские демонстрации выходцев из бывшего СССР по всей Германии.

При этом подача материала могла быть адресована как людям определенных политических взглядов, так и максимально широкой аудитории. Так, сообщения о преступлениях мигрантов и планах «великого замещения населения» были явно рассчитаны на консервативную аудиторию. Сообщения о силах исламского фундаментализма могли рассчитывать на интерес и либеральной публики, и части левых. А вот разоблачения планов американского империализма в Сирии не могли не привлечь внимание левых антиимпериалистов. Красной нитью проходила мысль, которую аудитория должна была усвоить: попытки США свергнуть Башара Асада являются первопричиной гражданской войны в Сирии (все отсылки к внутренним конфликтам заведомо рассматриваются как «пропаганда ЦРУ»), а союз с США опасен для ФРГ, которая теперь не может справиться с наплывом беженцев. Сами беженцы представали либо как лишенные всякой субъектности жертвы, либо как живое оружие внешних врагов, в то время как Россия якобы спасает Ближний Восток от погружения в хаос. 

Некоторые нарративы российской пропаганды подхватываются авторами, редакциями и организациями, весьма критично относящимися к Путину и политическому строю современной России, просто потому, что хорошо вписываются в их картину мира. Например, трагические события 2 мая 2014 года в Одессе многими левыми трактуются как «нападения фашистов на профсоюзных активистов», хотя укрывшиеся в Доме профсоюзов вовсе не были организованными членами рабочих объединений. Таким образом, слово «профсоюз» стало ключевым в освещении кровавого столкновения, в котором профсоюзы фактически не участвовали.  

Но хотя охват пропагандистских медиа-источников был крайне широк, все-таки можно выделить политические силы, которые систематически строят свою аргументацию на почерпнутых из пропагандистских источников тезисах. 

Созданная в 2013 году правая партия «Альтернатива для Германии» (АдГ), безусловно, является самой значительной политической организацией, регулярно использующей материалы российской пропаганды. Изначально довольно индифферентная к вопросам, связанным, например, с исламом, партия начала стремительно набирать голоса, апеллируя к страху перед «исламизацией Европы» и «заменой населения», обильно ссылаясь при этом на сообщения об «истинных цифрах», якобы замалчиваемых «мейнстрим-медиа».  Некоторые члены партии открыто выступают с пророссийских позиций, но в целом партийная линия скорее подчеркивает приоритет немецких национальных интересов, которые не совпадают с американскими или украинскими, разжигает страхи перед украинскими беженцами и беженками и призывает не вводить санкции, вредящие немецкой экономике. Ряд немецких СМИ говорит о дружбе с Россией как о факторе, способном обеспечить большую независимость от США и укрепить немецкую гегемонию в Европе.

Стоит отметить, что попытка создания партии «Немецкий центр» (Deutsche Mitte) в 2013 году, которая позиционировала себя как либеральная сила, но последовательно транслировала позиции России, прошла безуспешно. Примечательно, что партию основал бывший журналист главного государственного телеканала Германии ARD Кристоф Хёрстель. Аналогичная судьба постигла и схожий проект журналиста и члена Христианско-демократического союза (ХДС) Юргена Тоденхёфера. Основанная в 2020 году «Команда Тоденхёфера — Партия справедливости», пытавшаяся навести мосты между левыми и правыми «путинферштейерами», не набрала даже одного процента голосов. Помимо прочего, Тоденхёфера, известного своими исламофильскими взглядами, от многих «путинферштейеров» отличает критическое отношение к КНР. Его партия поддерживает уйгурское национальное движение.

Партия немецких антиваксеров «Базисно-демократическая партия Германии» (dieBasis) также имеет устойчивый имидж «пророссийской» силы, однако после завершения пандемии она, по всей видимости, скатилась в политическое небытие. 

Что касается левого фланга, то тут сразу несколько организаций придерживаются линии поддержки России как «объективно антиимпериалистической силы» — например, «Германская коммунистическая партия» (DKP), отколовшаяся от нее «Коммунистическая организация» (в которой по вопросу отношения к России произошел раскол), «Немецкий союз свободомыслящих» (Deutscher Freidenker-Verband) и сталинистский журнал RotFuchs. Но их влияние в левых кругах весьма ограничено, к тому же приоритетом для них является все же поддержка «социалистической» КНР. Куда большим весом обладает ежедневная газета junge Welt, в которой, впрочем, вопрос отношения к России нередко вызывает разногласия в редакции (иногда там появляются и более критические материалы). Член редакции, журналистка Сюзанн Витт-Шталь, раньше много писавшая о веганизме и правах животных, после 2014 года неожиданно стала выступать как эксперт по Украине, посещала Киев и территории «ДНР/ЛНР», а в дальнейшем пыталась популяризировать среди немецких левых Алексея Мозгового, одного из командиров вооруженных формирований «ЛНР». В целом, тезис об антифашизме донбасских ополченцев с 2014 года является ключевым для левых сторонников поддержки России. И сегодня на сайтах соответствующей ориентации можно найти, например «Декларацию Антифашистского Форума Донбасса» прошедшего в Луганске в начале этого года. 

Единственным электорально значимым представителем «путинферштейерства» в левом сегменте остается партия «Союз Сары Вагенкнехт — За разум и справедливость», возникшая как продукт раскола в партии Левых (Die Linke). Вместе с Вагенкнехт партию Die Linke покинули большинство тех, кто считал РФ «меньшим злом» в сравнении с НАТО.  Впрочем, в последнее время и сама Сара Вагенкнехт высказывается о России довольно сдержанно, при этом поддерживая курс на переговоры и уступки. Партия представлена в Европарламенте и многих земельных парламентах, но недобрала совсем немного голосов на выборах в Бундестаг. Сейчас ей предстоит борьба за политическое выживание. 

Старое и новое во вселенной фейков

В 2020 году автору этих строк сразу несколько знакомых из России прислали ссылку на статью в газете «Известия». В ней цитировали «эксперта» Маттиаса Фритца из издания Abendlich Hamburg, который объявлял карьеру Алексея Навального завершенной. Любой человек, владеющий немецким языком, сходу заметит, что «немецкое» название написано неграмотно, а любой, знакомый с медиаландшафтом Германии,  — что в Гамбурге не существует такого издания. Действительно, после того как новость со ссылкой на фиктивного эксперта фиктивной газеты (название «Вечерний Гамбург» намекает, что это именно газета) обнаружилась  еще в целом ряде изданий («ИноСМИ», «Комсомольская правда», «Газета.Ру», «Спутник»), разоблачение фейка появилось в гамбургском Zeit, а затем и в московском «Коммерсанте». Тем не менее по этому принципу фейки создаются и сегодня, и направлены они бывают и на аудиторию тех стран, о которых идет речь. Так, по интернету распространилась новость о подброшенной в одну берлинскую мечеть свиной голове, завернутой в палестинский флаг, с надписью «Израиль поддерживает Украину». Стоит ли уточнять, что издание Berliner Wochenzeitung, где впервые появилось это сообщение, в действительности не существует? Количество печатных медиа в Германии сокращается, так что ежедневные и еженедельные издания, выходящие в таких крупных городах, как Гамбург и Берлин, без  труда перечислит даже второкурсник журфака. 

C  2022 года активно стали применяться «медиа-двойники», то есть сайты и видео, копирующие дизайн известных СМИ. Метод, хорошо известный еще со времен Второй мировой войны, когда, например, немцы забрасывали на советскую территорию так называемую Tarnpresse (оформленные под газету «Правда» или другие советские издания пропагандистские материалы), в эпоху нейросетей снова стал востребованным. Немецкие СМИ связывают широкое распространение подобных фейков с деятельностью «Агентства социального проектирования»  под руководством политтехнолога Ильи Гамбашидзе.

Даже в случае публичного разоблачения подобных фейков они успевают распространиться. Так, на них ссылаются на новых «сайтах-двойниках», а заголовки продолжают мелькать в новостной ленте. Расследования и разоблачения часто не достигают целевой аудитории. Фейковые заметки, как правило, рассказывают о коррупционных скандалах, о сотрудничестве со спецслужбами или о личной жизни известных кандидатов в Бундестаг.  Когда выходят разоблачения фейков, это может восприниматься как доказательство существования некоего «заговора умолчания». 

Иногда каналы работают на аудиторию, которая систематически недовольна освещением своей позиции в немецких СМИ, и тут бывает достаточно просто выкладывать в интернет стримы демонстраций. Так, например, канал Redfish (впоследствии переименован в Red Media) приобрел популярность, транслируя пропалестинские протесты. Канал создает себе имидж левого низового медиа, при этом в выходных данных указывается турецкая кампания AFA Medya (уже не существующая), а адрес редакции «маленького левого издания» находится в баснословно дорогом районе Берлина. По документам прослеживается ее финансирование со стороны Ruptly GmbH — еще одной ипостаси многоликой «России сегодня». При этом на канале мелькают уже известные деятельницы «вселенной RT», такие как Элизабет Кокер (Lizzie Phelan) и Кеану Назари (Keanu Nazari). Сами кадры протестов при этом впоследствии вполне могут быть вторично использованы для пропагандистского нарратива о «закате Европы» и «угрозе исламизации». 

Нередко питательной средой для распространения фейков являются СМИ и каналы в соцсетях, где главной темой заявлена отнюдь не политика. В бесплатном журнале о йоге и эзотерике внезапно попадается статья про «подлинную историю» убийств в Буче. На канале коуча по инвестициям или личному росту вдруг начинается повествование о планах ЕС или США, которые приведут к неминуемому краху немецкой экономики, о заговоре элит, страшных последствиях санкций и так далее. В конце повествования аудитории, как правило, предлагается срочно забрать личные вклады из банков и начать скупать драгметаллы и криптовалюту.

Власти Германии стали чаще прибегать к репрессивным мерам против распространителей фейков. Один из важнейших органов немецких конспирологов, выходящий с 2010 года журнал Compact, был запрещен Федеральным министерством внутренних дел, но судебная тяжба еще продолжается.

«Свои» и «наши» — русскоязычная диаспора 

Поскольку в современной Германии выходцы из бывшего СССР составляют крупнейшую группу мигрантов, борьба за их голоса является стратегически важным направлением пропагандистской деятельности. Страхи перед другими группами мигрантов играют при этом большую роль. Советские граждане уезжали на «воображаемый Запад» (так антрополог Алексей Юрчак в своей книге «Это было навсегда пока не кончилось» охарактеризовал представления «последнего советского поколения» о жизни в капиталистических странах), и многие из них до сих пор искренне удивляются повседневной жизни Запада реального. Наличие на этом реальном Западе «незападных» («небелых», «неевропейских») людей искренне удивляет бывших советских граждан, причем даже тех, кто сам прибыл из неевропейской части СССР. При работе с такой аудиторией в ход может идти апелляция как к антисоветским нарративам («феминизм — это как в совке», «налоги на богатых — это социализм, мы это уже проходили»), так и к ностальгически-просоветским («происки ЦРУ», «раньше был порядок»). В районах, которые немцам кажутся «маленькой Москвой», в ходу аргументы вроде «скоро Берлин будет халифатом». Нередко распространяется информация о желании немцев-«репатриантов» вернуться в Россию, при этом реальные цифры желающих сильно завышаются.

Попытки создавать собственные пророссийские партии «переселенцев» (таким неуклюжим термином в ФРГ официально называют немцев, эмигрировавших из Восточной и Южной Европы), типа «Единства», основанного в 2013 году бывшем членом Социал-демократической партии Германии (SPD) Дмитрием Ремпелем, успеха не имели.

При этом важную роль играют «аутентичные голоса» проживающих в Германии выходцев из постсоветских стран, немцев, возвратившихся в РФ, очевидцев событий в Донбассе и так далее. Проверить достоверность того, что «простой человек видел своими глазами», зачастую сложнее, чем сообщение СМИ. Такие медиа, как «Рупор ньюс» и «Голос Германии» под редакцией Сергея Фильберта активно ратуют за «укрепление дружбы» и изображают наличие некоей «народной дипломатии». Его регулярные собеседники — немецкие сторонники объяснения терактов 11 сентября 2001 года заговором спецслужб («трутеры»), в том числе и известные конспирологи типа рэпера C-Rebell-um (Ове Шаттауер) и радиоведущего Кена Йебсена. Оба позиционируют себя скорее как «левые», но при этом они активно продвигают антимигрантскую повестку. На вышеупомянутых каналах позиции АдГ или «Союза Сары Вагенкнехт» представляют как «подлинный голос немецкого народа».

Модель «общение напрямую» может быть задействована и на более высоком уровне. Так в мероприятиях праворадикального издательства Antaios в общине Штайгра земли Саксония-Анхальт принял участие аспирант Школы философии и культурологии факультета гуманитарных наук ВШЭ Филипп Фомичев, выступивший с докладом о консерватизме в России и США.  Возглавляющий издательство Гётц Кубичек идеологически окормляет наиболее радикальную фракцию АдГ под руководством Бьёрна Хёке (в частности, Хёке открыто критикует немецкую политику памяти, заявляя, что неправильно «изображать Гитлера абсолютным злом», и утверждает, что исторические оценки не должны быть «черно-белыми»). В издательстве в том числе вышел перевод работы Александра Дугина о «возвращении геополитики».  

Что известно об экосистеме фейков и борьбе с ней?

Сегодня тема «русских фейков» и «цензуры под предлогом борьбы с ними» активно обсуждается в Германии. 

Согласно расследованию журналистского коллектива Correctiv, в преддверии выборов в Бундестаг создано более ста фейковых порталов. Все они связаны с так называемым проектом Storm-1516. Сеть фейковых СМИ с нейтральными названиями, созданная при участии бывшего сотрудника полиции США Джона Марка Дугана, уже неоднократно была замечена в попытках повлиять на ситуацию в преддверии выборов в разных странах. Сеть работает на создание иллюзии, что российские СМИ цитируют американские или немецкие издания. Уже после этого сторонники Трампа или АдГ цитируют материал российских СМИ или СМИ из третьих стран (например, Венгрии). При этом сами новости могут создаваться нейросетями, но активно продвигаться инфлюенсерами. Иногда в оригинальном сообщении меняются цифры, иногда утверждается, что в официальных сообщениях утаивают факты, о которых поведали «инсайдеры», «анонимные источники» или «случайные свидетели». В качестве экспертов могут выступать люди, профессионально мало связанные с обсуждаемой темой, но имеющие «правильные позиции»

Цензура и фактчекинг пока остаются главными инструментами противодействия со стороны властей и общественных сил, но как было показано выше, эти способы не очень эффективны. Пропаганда и фейки скорее направлены на подрыв доверия (к властям, СМИ. политическим акторам, системам образования и здравоохранения), чем на утверждение некоей «верной» позиции. 

Российский пропагандистский аппарат имеет богатый опыт работы с аудиторией в различных странах. В Германии у него сложилась собственная аудитория, которая привыкла верить, что с ней делятся «скрытой правдой». Целая «экосистема» медийных источников фейковой информации, которая возникла за последние десять лет, действительно играет важную роль для политической работы АдГ и других организаций. Вопрос, однако, будет ли аудитория продолжать расти? И АдГ (20,8 % голосов), и «Союз Сары Вагенкнехт» (4,981 %) голосов) в преддверии выборов стали осторожнее с пророссийской риторикой. В действительности «великая дружба с Россией» привлекает лишь меньшинство из тех, кто желает быстрого урегулирования «военного конфликта» в интересах Германии.

Мы намерены продолжать работу, но без вас нам не справиться

Ваша поддержка — это поддержка голосов против преступной войны, развязанной Россией в Украине. Это солидарность с теми, чей труд и политическая судьба нуждаются в огласке, а деятельность — в соратниках. Это выбор социальной и демократической альтернативы поверх государственных границ. И конечно, это помощь конкретным людям, которые работают над нашими материалами и нашей платформой.

Поддерживать нас не опасно. Мы следим за тем, как меняются практики передачи данных и законы, регулирующие финансовые операции. Мы полагаемся на легальные способы, которыми пользуются наши товарищи и коллеги по всему миру, включая Россию, Украину и республику Беларусь.

Мы рассчитываем на вашу поддержку!

To continue our work, we need your help!

Supporting Posle means supporting the voices against the criminal war unleashed by Russia in Ukraine. It is a way to express solidarity with people struggling against censorship, political repression, and social injustice. These activists, journalists, and writers, all those who oppose the criminal Putin’s regime, need new comrades in arms. Supporting us means opting for a social and democratic alternative beyond state borders. Naturally, it also means helping us prepare materials and maintain our online platform.

Donating to Posle is safe. We monitor changes in data transfer practices and Russian financial regulations. We use the same legal methods to transfer money as our comrades and colleagues worldwide, including Russia, Ukraine and Belarus.

We count on your support!

Все тексты
Все тексты
Все подкасты
Все подкасты
All texts
All texts